Хикару Китабаяси – PhD, заслуженный профессор, сопредседатель Американского общества геолингвистики
1-9-1, Такасимадайра, Итабаси-ку, Токио, 175-8571
Hikaru Kitabayashi, PhD, is Professor Emeritus and Co-President of the American Society of Geolinguistics
1-9-1, Takashimadaira, Itabashi-ku, Tokyo, 175-8571
Данная статья основана на лекции, прочитанной автором в МГИМО в 2023 году и посвящённой одному малоизученному вопросу истории XI века. В ней рассматривается центральная тема этой лекции: как генеалогические исследования в сочетании с лингвистическими знаниями из области ономастики могут способствовать более точному пониманию средневековой политической истории. В связи с этим в настоящей работе предпринимается попытка развить эту тему. Представленное здесь исследование не является ни политической, ни социальной историей. Оно представляет собой основанное на генеалогии историческое исследование небольшой группы людей с использованием ономастики и эпиграфики в качестве подтверждающих данных. Таким образом, ничто из написанного не имело целью доказать или опровергнуть какую-либо политически мотивированную точку зрения, но, скорее, следовало подходу, свойственному генеалогии, а именно: как можно точнее определить место генеалога (или, в данном случае, автора) в потоке человеческой истории посредством изучения своих прямых предков и их родословной. Анализ был выполнен на основе небольшого просопографически организованного (т.е. сосредоточенного на сети конкретных лиц) набора данных, охватывающего, главным образом, семейные связи (как супружеские, так и генетические) Владимира Великого из Древней Руси, его жён Рогнеды Полоцкой и Анны Багрянородной из Восточной Римской империи, детей Владимира Марии Добронеги Польской и Ярослава Мудрого из Древней Руси, жены Ярослава Ингегерды Шведской (известной в России как Ирина) и Агаты – матери святой Маргариты Шотландской. География генеалогических связей, связанных с этими лицами, охватывает множество европейских стран, простираясь от Шотландии и Англии на одном географическом полюсе до Древней Руси, Первого Болгарского царства, и Византии на другом. Данное исследование, хотя и генеалогическое по своей природе, отражает политическую историю, представленную вышеупомянутыми лицами, историю, которую можно рассматривать как историю, связанную с торговыми путями. Это означает, что, хотя взаимное влияние как на семейном, так и на политическом уровне между противоположными сторонами европейского континента было реальным, оно происходило в основном через Скандинавию и, в меньшей степени, через Священную Римскую империю. Генеалогия показывает, что скандинавские страны как единое целое играли гораздо бóльшую роль как для Британских островов, так и для Древней Руси, чем каждый из этих регионов друг для друга. Аналогичным образом, генеалогическое происхождение лиц, представленных в четырёх таблицах, приложенных к данной статье, позволяет предположить, что с точки зрения политического и, скорее всего, экономического исторического значения, влияние Древней Руси на Британские острова, несомненно, было сильнее, чем влияние этих островов на Древнюю Русь. И хотя две географические единицы, отражённые в генеалогии, находятся на противоположных концах Европы, можно показать, что между ними имела место обычно незаметная, но вполне реальная связь, которая с течением столетий всё больше и больше меняла историю в обоих направлениях.
This paper had its origin with a lecture given at MGIMO University in 2023 on an obscure matter of 11th century history. It seeks to develop the central theme of that talk, which is that genealogical research, combined with linguistic insights taken from onomastics, can contribute to reaching a more accurate understanding of medieval political history. As such, an attempt will here be made to further develop this theme. What will herein appear will be neither a political nor a social history. It will be a genealogically based historical study of a small number of individuals that occasionally uses onomastics and epigraphy as supporting evidence. As such, nothing written was done so in order to prove or disprove a politically motivated point, but rather as a part of what most concerns genealogy, which is the placing of the genealogist, himself or herself (or, in this case, the author), as accurately as possible within the flow of human history by the means of studying one’s direct ancestors and their network of family members. Analysis was done on a certain small prosopographically organized (i.e. centred on a network of specific individuals) set of data dealing largely with the family connections (both marital and genetic) of Vladimir the Great of Old Rus, Vladimir’s wives Rogneda of Polotsk and Anna Porphyrogenita of the Eastern Roman Empire, Vladimir’s children Dobroniega Maria of Poland and Yaroslav the Wise of Old Rus, Yaroslav’s wife Ingegerd of Sweden (known in Russia as Irina), and Agatha, the mother of Saint Margaret of Scotland. The geography of the genealogical relationships involving these individuals covers a multitude of European countries, reaching from Scotland and England at one geographic extreme to Old Rus, the first Bulgarian empire, and Byzantium at another. This study, though genealogical in nature, mirrors the political history the above-mentioned individuals represent, a history that can be seen as following trade routes, meaning that, though mutual impact at both a familial and political level was real between the opposite sides of the European continent, it happened very largely by way of Scandinavia and, to a rather lesser extent, through the Holy Roman Empire. The genealogy shows that Scandinavian countries, as a unit, had a far greater role to play for both the British Isles and for Old Rus than either of these regions had for each other. Likewise, the genealogical backgrounds of the individuals covered in the four tables attached as an appendix to this article would suggest that, in terms of political and, most likely, economic historical importance, the impact of Old Rus would surely have been stronger on the British Isles than that of these islands on Old Rus. And, though the two geographic units the genealogy reflects are on the opposite sides of Europe, what can be shown is that a normally imperceptible, yet very real, relationship occurred which, as the centuries passed, increasingly changed history significantly in both directions.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.